Источник: www.radiorus.ru/
 Знакомьтесь, ведущий Овлякулиев Сердар Еллыевич!
Рассказы о
тех, кому доверен микрофон «Радио России». Ведет программу Леонид Азарх.
Сегодня в студии Овлякулиев Сердар Еллыевич.
ОВЛЯКУЛИЕВ: На радио я попал еще в студенческие годы. Была ли это
случайность или судьба, теперь не могу сказать. Когда я учился на третьем курсе
факультета русской филологии в Ашхабаде, к нам пришла очень представительная
делегация с Гостелерадио Туркмении. Они искали голоса. Мой голос им показался.
Причем потом, мне сказали, что отбор шел на телевидение. Когда я туда пришел,
режиссер сказал: «Ребята с радио должны мне ящик коньяка, этот парень пойдет на
радио». И с третьего курса дневного отделения меня взяли на радио.
-Начинали вы диктором, а сейчас вы числитесь - ведущим радиопрограмм. А чем
одна должность отличается от другой?
ОВЛЯКУЛИЕВ: Наверно, время потребовало человека, который у микрофона
сопереживал, рассказывал, а не читал. При всем моем уважении к старой когорте,
а я сам прошел ее школу, кстати, все кто работал на Гостелерадио Туркмении,
называли себя учениками Юрия Борисовича Левитана, были поставлены в такие
условия, что должны были только читать. А наша задача, даже, если мы и читаем
текст, то он должен звучать, как рассказ.
-Многие из них тянулись к творчеству. И Юрий Борисович Левитан, и Владимир
Борисович Герцик, Ольга Сергеевна Высоцкая умели читать художественный текст, и
великолепно читали стихии. Но им редко доставалось это счастье!
ОВЛЯКУЛИЕВ: Вы назвали великие имена. Голоса этих людей живут до сих
пор. Я согласен с вами, они стремились к творчеству. А вы спросите нынешних
ведущих, хотят ли они читать?
-Вы читаете, уже в личном преломлении, вы сопереживаете тому, о чем ведете
рассказ.
ОВЛЯКУЛИЕВ: Наверное, это не правильно. Ведь говорят, что диктор,
ведущий должны быть отстраненными от той информации, что произносят, они не
должны показывать своего отношения к событию, о котором говорят. Я стараюсь,
чтобы радиослушатели не слышали моего отношения, к читаемым мной событиям. Но,
знаете, мне часто пишут письма, в которых говорят, что чувствуют мое
сопереживание.
-Да, могу сказать, что вы получаете заметную почту.
ОВЛЯКУЛИЕВ: Почта заметная, довольно интересная. Если говорить о ней
кратко, то письма можно разделить на несколько групп. Первая группа - серьезные
письма, анализирующие работу не только мою, но вообще всего «Радио России» от
рекламы до музыкальных заставок, и, конечно, огромное внимание уделяется тому,
как мы все читаем. Вторая группа слушателей, я просто поражаюсь, замечают все.
Например, проскочит одна единственная информация, которую ты сам подобрал,
нашел, один раз прочитал, включил в бюллетень новостей - и про нее обязательно
скажут. Заметят малейшую неточность. Есть группа писем, где нас просто
поздравляют с праздниками, понимая, что мы тоже люди, а не просто голоса. И
последняя группа писем, которая анализирует непосредственно мою работу. У меня
складывается интересное впечатление, когда я просматриваю такие письма, что я и
мой голос живут каждый своей жизнью. Так, например, если с утра услышать мой
голос, то день будет удачным, или мой голос, якобы лечит.
-Вы чуть не попали на телевидение, а всю жизнь проработали на радио. Вас не
огорчает это обстоятельство, ведь в принципе, мы же все-таки невидимки.
ОВЛЯКУЛИЕВ: Наоборот, сейчас радует.
17 февраля
2006 г
.
|
